ПО КОМ ЗВОНЯТ БОРОВСКИЕ КОЛОКОЛА
Сайт Владимира Овчинникова
ЖЕРТВЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ТЕРРОРА
НАЖИМ НА КУЛАКОВ ДРАЛО

Мария Александровна Драло-Конова 1920 г.р., уроженка деревни Пинашино Серединского с/с проживает в Боровске на ул. Берникова, рассказывает:

«Родители мои - переселенцы с Украины, Волынской губ. Было это году в 1913 или 1914-м. Из нашего рода Драло приехали: дед Николай, бабушка Меланья урождённая Магдыч, и трое с ними детей: Игнат (1889 г.р.), Александр (мой отец, 1894 г.р.) с женой Ириной Дмитриевной (моя мама, 1901 – 1976) и Татьяна (1898 -1994).

В Серединской волости переселенцы стали создавать хутора, строились. Дома делали, как на Украине, из самана, а помещения для скота – из дерева, разрабатывали участки, корчевали и продавали лес, пахали, сеяли. Хозяйство создавалось с нуля, много работали. Жизнь налаживалась, но в марте 1932 года деда, как я недавно узнала из газеты того времени, судили показательным Народным судом за невыполнение заготовок. Подвергли штрафу 500 рублей, конфисковали часть имущества. Тогда же оштрафовали и Анну Драло, жену Игната, - на 300 рублей.

Нас, детей, у отца с матерью было семеро. Двое умерли маленькими, а остались в живых: я, Мария, Евдокия (с 1922 г), Анна (с 1924 г.), Виктор (с 1926 г.) и Владимир (с 1933 г.). У брата отца, Игната, детей было ещё больше, так как был дважды женатый, и дети от двух жён.

После Нарсуда неприятности только начались. В феврале 1933-го, приезжают трое, идут в амбар и начинают выгребать зерно. Отец был настроен решительно и говорит им: «Что вы делаете? Зерно не отдам, кормить семью нечем». Подошёл к поленнице дров, а им показалось, что хочет достать оружие. Схватили и увезли. Не знаю, за что, но на другой день забрали и Игната, который в то время жил с семьёй в Малоярославце. Судила их обоих «тройка», сослали на Соловки на 3 года.

Из следственного дела видно, что Игнат был участником крестьянского восстания, арестовывал тогдашнего военкома Серединской волости Чуркина. Тогда, в 1918 г., его приговорили к расстрелу, но ему удалось убежать.

Пока отец был в ссылке, я окончила семилетку, хотела стать трактористкой (мне было 14 лет), но устроили в частный дом в Ермолине нянькой к ребёнку. Вернулись отец с братом с Соловков: хозяйство разорено, а на нас смотрят, как на врагов народа. Отец перебрался в Верейский район, в Ново-Борисово, и опять надо начинать с нуля, как в 14-м. Мама пошла работать дояркой, отец – конюхом. Позже маму назначили председателем колхоза.

Председатель пинашинского колхоза Борисов, очень хороший был человек, предложил мне из нянек пойти счетоводом в колхоз. Тогда же я вступила в комсомол и меня назначили избачём в Медовниках, потом в сельсовет счетоводом. В 1936 году налоги передали из сельсоветов в Райфо и меня с ними. Стала работать и жить в Боровске.

В ноябре 1937 года приезжает ко мне из Ново-Борисова мама – вся в слезах и говорит: «Отца забрали». «Что? Почему?» - мама нигде ничего не могла выяснить. Приняли в передачу только подушку. Потом мы узнали, что через 10 дней после ареста его расстреляли. На мемориале в Бутово есть его фамилия.

В оккупацию нас эвакуировали в Петушинский район Московской области. Вернувшись, около года я работала в Райфо, а потом с 1943 по 1961 г. уполномоченной Сельхозбанка. С 1961 по 1975 год – управляющей банком.

Замуж вышла за Конова Ивана Алексеевича.(1916 – 1976). Он из д. Кириллово, работал на «Красном Октябре» и числился в кирилловском колхозе. Воевал с 1939 г по 1946 г.: от финской компании до японской, награждён орденом Красной Звезды и множеством медалей.

Об отце узнавать мы боялись и никому о нём не говорили. Ведь я была сначала комсомолкой, а потом членом партии – всегда под колпаком, должна быть вне подозрений».


P.S. Из архивной справки УФСБ: Драло Александр, 1894 г. р., житель деревни Борисово, работал в колхозе. Арестован в 37-м по обвинению в том, что «вернувшись из ссылки по-прежнему занимался контрреволюционной деятельностью. Среди населения высказывал контрреволюционные настроения, группировал вокруг себя вернувшихся из ссылки кулаков и отсталую часть деревни, среди которых проводил контрреволюционную антисоветскую агитацию и распространял гнусную клевету о свержении Советской власти во время войны». В июле месяце 37-го распространял контрреволюционные слухи о войне, заявляя: «Советская власть держится только до первой войны, а потом её уничтожат, ведь она так всем намозолила глаза, что даже выразить нельзя… скоро советской власти придёт конец, уж война началась, держись, большевики!». Приговор: ВМН - расстрел.

(Записал В. Овчинников, январь 2011)
ВСЕ МАТЕРИАЛЫ САЙТА ДОСТУПНЫ ПО ЛИЦЕНЗИИ: CREATIVE COMMONS ATTRIBUTION 4.0 INTERNATIONAL